гоминиды, 1 (3)

Облако окружало голову человека, скрывая его черты. Он был неподвижен; и если был еще жив, то явно без сознания.

Луиза вытянула шею, подняв рот и нос над водой. Она осторожно вдохнула разок—но тут уже было полно воздуха—и схватила мужчину за руку. Луиза перевернула его—тот всплыл лицом вниз—чтобы нос торчал над водой, но ничего не изменилось. Ни бульканья, никаких признаков дыхания.

Луиза потащила его по воде. Работа была тяжелой: мужчина был довольно плотным, в одежде—он был полностью одет—пропитавшейся водой. Луизе некогда было приглядываться, но она все же отметила, что мужчина не носил спецодежду или защитную обувь. Он не мог быть одним из шахтеров, и хотя Луиза видела его лицо лишь мельком—белый, светлая борода—не был и работником НОС.

Пол, должно быть, лег на платформу, Луизе было видно его голову—тот сунул ее в воду, глядя, как Луиза с мужчиной подплывают ближе. В других обстоятельствах раненого бы вытаскивали из воды первым, но в люк можно было пройти лишь по одному, а выволочь такого здоровяка наружу Луиза могла лишь вместе с Полом.

Луиза отпустила руку мужчины и просунула голову в люк—Пол уже отодвинулся. Она немного отдышалась, измотанная перетаскиванием мужчины по воде. Потом оперлась ладонями на влажную платформу и полезла наверх. Пол помог ей выбраться, и они вместе повернулись к мужчине.

Его начало сносить в сторону, но Луиза успела схватить его за руку и подтащить обратно под проем. Потом Луиза с Полом старались поднять его, и наконец вытащили на платформу. У него все еще шла кровь, на виске была видна рана.

Пол сразу встал на колени рядом и начал искусственное дыхание рот в рот, пачкая щеку кровью каждый раз, как поворачивался глянуть, поднимается ли широкая грудь мужчины.

Тем временем Луиза взялась за правое запястье мужчины и искала пульс. Его не... нет, стой! Вот он! Пульс был.

Пол продолжал вдувать воздух мужчине в рот, снова и снова, и тот наконец захрипел, извергая воду и рвоту. Пол повернул его голову набок, и те смешались с кровью на платформе, смывая ее.

Впрочем, мужчина все еще не пришел в себя. Луиза—насквозь мокрая, почти голая, и замерзшая от воды—в себя очень даже пришла и застеснялась. Она торопливо влезла в свой комбинезон и застегнула молнию—Пол подглядывал, знала Луиза, хоть и делал вид, что не смотрит.

А до прихода д-ра Монтего оставалось еще немало. НОС была не просто в двух километрах внизу, а к тому же в километре с четвертью от ближайшего подъемника, в шахте номер девять. Даже если клетка лифта была наверху—чему не было гарантий—добираться сюда Монтего все же надо было минут двадцать.

Луиза подумала, что надо снять с мужчины его мокрую одежду. Она потянулась к его темно-серой рубашке, но—

Но пуговиц не было, не было и молнии. На пуловер непохоже, хоть и без воротника, и—

А, вот они! Скрытые защелки вдоль широких плеч. Луиза попыталась их расстегнуть, но они не поддавались. Она посмотрела на штаны мужчины. Те были на вид темно-зелеными, хотя сухими могли быть намного светлей. Но пояса не было, вместо него талию облегала серия защелок и складок.

Луизе вдруг пришло на ум, что у мужчины может быть кессонка. Детекторная полость была тридцати метров глубиной, кто знает, как глубоко он был или как быстро всплыл? Атмосферное давление на такой глубине под землей было 139 процентов от нормы. Луиза не могла сразу сообразить, как оно повлияет на то, будет ли кессонка, но зато мужчина тут получал кислород в большей концентрации, чем наверху, что явно было к лучшему.

Оставалось лишь ждать, мужчина дышал, пульс его окреп. Луиза наконец смогла как следует рассмотреть лицо незнакомца. Оно было широким, но не плоским; напротив, скулы уходили назад под углом. А нос у него был великанским, размером почти в сжатый кулак. Нижнюю челюсть скрывала густая темно-русая борода, ко лбу прилипли прямые светлые волосы. Черты лица были вроде восточно-европейскими, но цвет кожи скорее скандинавским, нежели оливковым.

—Откуда он мог взяться?—спросил Пол, сидящий скрестив ноги возле мужчины.—По идее сюда никто не может проникнуть, и—

Луиза кивнула.

—И пусть даже он смог, как он оказался в запечатанной детекторной полости?—Она замолчала и смахнула волосы с глаз, вдруг осознав, что потеряла сетку для волос, пока плавала в пещере.—Знаешь, тяжелая вода испорчена. Если он выживет после своего фокуса, ему выставят нефиговый иск.

Луиза поймала себя на том, что качает головой. Кто он такой вообще? Может, фанатик из коренных канадцев—индеец, считающий, что шахта оскверняет священную землю. Но у мужчины были светлые волосы, редкость для коренных. На дурацкую юношескую выходку тоже непохоже, ему на вид лет тридцать пять.

Возможно, террорист или противник атомной энергетики. Но, хотя компания «Атомная энергия Канады» (переведем, фиг с ним—прим.) и правда снабдила их тяжелой водой, ядерных исследований тут не вели.

Кем бы он ни был, размышляла Луиза, если он все же умрет от своих ранений, то будет первым кандидатом на премию Дарвина. Классический случай эволюции в действии: человек, тупанувший так, что лишился жизни.